Страна пней



Латвии больше не увидеть лес за деревьями…

Акционерное общество «Латвийские государственные леса» (Latvijas valsts meži), предприятие «Рижские леса» (RIgas meži), а еще частники и разные самоуправления общими силами добиваются, чтобы в стране кроме кустов, хилых осиночек да дрожащих на ветру березок ничего не осталось. Сейчас в Латвии рубят все! До 2015 года страну должны «очистить» от 23,2 миллиона кубических метров леса. А старых, особенно ценных с биологической точки зрения лесов, где возраст деревьев превышает 150 лет, в Латвии уже почти не осталось, кроме как в заказниках да заповедниках…

Раз в шесть лет все страны ЕС проводят большую «инвентаризацию»: оценивают ситуацию с биотопами (сообществами живых и неживых организмов в той или иной экосистеме, например на болотах, лугах, в поймах рек, лесах) и вообще с биологическим видовым разнообразием. И в этом году эксперты — как от международных структур, так и местных — определили: из 57 особо охраняемых биотопов ситуация с 49 крайне неблагоприятная и продолжает ухудшаться. Пострадало уже 86% больших экосистем по всей Латвии. И в основном удар пришелся по лесу! В итоге нашу республику ждут санкции со стороны ЕС — многомиллионные штрафы.

Лес — словно грядка морковки

На днях в редакцию обратился постоянный читатель Юрий Дыкин и рассказал, что там, где еще недавно рос лес в районе Саулкрасты, вокруг садовых кооперативов «Силмала» и «Бирини» теперь лишь пни. «Картина жуткая! Все порублено, пни торчат, был аккуратный и красивый лес, где и зверья полно водилось, и птицы пели, и по грибы–ягоды люди ходили, а сейчас все в глубоких канавах от лесовозов!» — воскликнул Юрий Петрович.

Выяснить, кто все сотворил, крайне сложно, ведь в том районе сходятся территории и Latvijas valsts meZi, и муниципального предприятия RIgas meZi, и частников, и еще местного самоуправления. Но парадокс: там все вырубки проведены законно — как сказали в Саулкрастской думе и Государственной службе леса (Valsts meZa dienests).

Этот факт убийства леса — лишь частный случай в общей картине тотальных вырубок лесных угодий Латвии. Об этом рассказал известный эколог, руководитель проектов Латвийского орнитологического общества Роланд Лебус:

— Рубят сейчас все и ОЧЕНЬ МНОГО. Ведь в стране доминирует мнение: леса надо оценивать лишь с экономической, хозяйственной точки зрения. О биологической составляющей почти никто не задумывается. Какое там биологическое многообразие, если и Latvijas valsts meZi, и RIgas meZi, и основная масса частников смотрят на лес как на грядку с морковкой: выросла — надо снимать урожай! Да, на лесе можно зарабатывать, но нельзя вырубать сплошными гектарами. С некоторых пор в Латвии очень распространена так называемая блок–вырубка, когда выкашивается вообще все: один «квадрат» спилили подчистую — начинают второй, — говорит эколог.

Дорубиться до штрафов

А сколько, например, Latvijas valsts meZi планирует срубить до конца года? И вообще можно ли рубить лес всем одновременно на территории, где сходятся границы разных владельцев? Нет, нельзя, сказал «Вести Сегодня» пресс–секретарь Latvijas valsts meZi Томас Котович.

В этом году Latvijas valsts meži планирует вырубить около 4,8 миллиона кубометров леса. До 2015 года в Латвии можно вырубить разным собственникам еще 23,2 миллиона кубометров.

Однако представитель Valsts meZa dienests Селла Шулце сказала: «Можно рубить всем, но только по очереди, по сезонам».

И до чего дорубимся? По данным экспертов, уже более 86% экосистем с особо охраняемыми биотопами находятся в катастрофическом состоянии, и ситуация ухудшается с каждым годом, что грозит республике многомиллионными штрафами со стороны ЕС за несоблюдение законов об охране природы и варварское отношение к ней.

— Наиболее ценные — старые леса, где сформировалась экосистема с биологическим многообразием, туда человеку вообще лишний раз соваться нельзя. Но участков леса, где деревьям по 100, а то и по 200 лет, осталось мало — лишь в заказниках да заповедниках. Latvijas valsts meZi и RIgas meZi успокаивают: взамен вырубленного леса сажаем молодой. Ну и что? Если говорить о лесе с биологическом многообразием, то ему должно быть 100–150 лет. А участки, которые моложе 100, нельзя назвать лесом в полном смысле слова. В Латвии уже появляются так называемые «индустриальные леса»: деревья сажают ровными грядками, а потом спиливают урожай. Я еще понимаю, если такие леса выращивают и только их и рубят, но уничтожают–то и биологически ценные естественные цена! — подчеркивает Роланд Лебус.

Иного мнения придерживаются в RIgas meZi, где пресс–секретарь Элга Зейгеле сказала: старые деревья не приносят никакой пользы, они выделяют больше углекислого газа, значит, их важно вовремя рубить.

— Так могут говорить либо дилетанты, вообще ничего не смыслящие в биологии, либо дельцы, которые рассматривают лес исключительно с точки зрения прибыли, — замечает эколог. — Да, старые деревья больше выделяют углекислого газа, но этот процесс медленный. Зато на месте вырубок, где сплошь пни да гнилые канавы, углекислого газа выделяется намного больше.

К тому же в естественной природе даже если старое дерево и падает, оно остается живым с биологической точки зрения: на нем развиваются разные лишайники, грибы, многообразие насекомых — корм для других животных. Из упавших деревьев, наконец, растут молодые. В природе все гармонично — пока туда человек с пилой не влезает. А если в Латвии не останется старых лесов, то не будет и тех, кто живет в них…

После каждого урагана, когда ветер валит много деревьев, умники от госведомств кричат: надо срочно убирать все, чтобы там не развились паразиты и грибки разные! Чушь! Нельзя эти деревья убирать. Тем более что когда начинают очищать лес от старых деревьев, то пилят и остальные. Потом звучат оправдания: чтобы подобраться к поваленному дереву, пришлось спилить пять, растущих рядом. Так у нас о здоровье леса заботятся…

А госструктуры еще и постоянно понижают допустимый для вырубки возраст леса. Раньше можно было рубить деревья, которым больше 100 лет — скажем, сосны, — а теперь уже и 60–70–летние деревья. Скоро и 30–летние позволят пилить…

Была бы Латвия зеленой…
— И Latvijas valsts meZi, и RIgas meZi дезинформируют общество, убеждая нас, что в стране большой прирост леса, — продолжает эксперт. — Да, большой, но это деревца высотой с человеческий рост и кусты — их рубить никому в голову не придет. Но в общую площадь лесов участки молодняка включены. И значит, логично, надо увеличить объем вырубки старых лесов, там, где они еще сохранились. Доходит до того, что влезают с пилами–топорами в природные и национальные парки, даже на особо охраняемые территории Natura–2000, в заповедники и заказники: тут кусочек отхватили, там…

Latvijas valsts meZi утверждает, что более 50% территории Латвии покрывает лес. Бред! Если подсчитать даже все площади, что кустами заросли, больше 40% не выйдет. И ведь «специалисты», называя эту цифру, учитывают даже… места вырубок. Согласен, можно сказать, что в Латвии 50% — «лесная земля», но это не значит, что на ней растет лес! Слишком много полуправды высказывается представителями Latvijas valsts meZi и RIgas meZi…

Дорога смерти

— Latvijas valsts meZi хвалится тем, что прокладывает дороги в лесах. Не хвалиться, а стыдиться надо! — упрекает собеседник. — Лесу дорога не нужна. Она нужна людям для хозяйственных дел. К гадалке не ходи: если Latvijas valsts meZi начала прокладывать в лесу дорогу — значит скоро вокруг будут масштабные вырубки.

Дороги в лесу — удар по экосистеме. Из–за дорог происходит фрагментация леса, что бьет по популяции птиц. Теперь очень высоко поднимают дороги над уровнем лесной земли, по обочинам делают глубокие канавы с крутыми склонами, и такую преграду не в состоянии преодолеть самки с потомством.

Снижается численность лесных птиц. Если в лесу стало больше кабанов, то птицы стараются с этого места уйти подальше, ведь дикие свиньи разрывают гнезда глухарей, тетеревов, куропаток и других видов. Самки птиц пытаются увести потомство, но упираются в преграду, сделанную Latvijas valsts meZi.

Несколько лет назад Latvijas valsts meZi вообще лишили международного сертификата FRC за то, что компания ведет крайне недружественную для природы деятельность. Правда, год или два назад его восстановили: компания умудрилась как–то доказать, что «дружит с природой». И теперь она вынуждена хоть как–то соблюдать экологические нормы, но делает это неохотно. А все ее, так сказать, народные акции и рекламные проекты на темы экологии — пыль в глаза.

Заказник костью в горле

— Компания набрала в штат немало профессиональных орнитологов и других биологов. Но это сделано, чтобы просто прикрыться авторитетом специалистов. «Лесорубы» платят им немалые деньги, и специалисты обслуживают ее интересы. Но и RIgas meZi работает так же. Какое–то время назад предприятие даже отказалось от сертификата FRC: чтобы не мешал работать. Как–то раз меня пригласили для создания природного плана особо охраняемой территории. Очень тяжело было работать, приходилось отвоевывать буквально каждый метр, каждое дерево.

Похожая ситуация была и с Latvijas valsts meZi в Саулкрастском районе, где уже почти все повырубили, но я успел отвоевать два участка леса под микрозаказники: там обитают особо охраняемые трехпалые и белоспинные дятлы, воробьиные сычики. Latvijas valsts meZi ну очень неохотно отдали участок под микрозаказники. В компании заявляли: в наших лесах и так их полно! Как это понимать? В Латвии вообще нет микрозаказников, которые в общей массе даже наполовину защищали бы популяции тех же редких видов дятлов, не говоря уже о других птицах.

А вот случай в Кекавском крае. Нам в орнитологическом обществе стало известно: там обитает малый подорлик, есть гнездо охраняемой птицы. Надо делать заказник! А Latvijas valsts meZi затеяло там массовые вырубки. Мы нашли гнездо, еле–еле успели оформить охраняемую территорию. И Latvijas valsts meZi до последнего момента все кругом рубило, хотя прекрасно знало о гнезде подорлика, — говорит Роланд Лебус.

Спросите, а куда же смотрят представители надзирающей за всем структуры Valsts meZa dienests? Лесничих от нее 360 на всю страну. Даже при всем желании они не в состоянии проконтролировать ситуацию со всеми вырубками. Этим разные «хозяйственники» и пользуются.

Послесловие

У меня шесть соток в районе Дзеруми (Рижский район). Здесь десятки садовых кооперативов. Когда в начале восьмидесятых людям давали тут участки, то землю нарезали исключительно на неудобьях, в заболоченных местах, на заброшенных хуторах, поросших ивняком. Вокруг шумели богатые сосновые боры. Но их не трогали. Сколько там было черники, малины, грибов! Водились косули, зайцы, лоси! А сколько было птиц! «Оккупационная власть» сберегла это национальное богатство, зато в годы независимой Латвии началось что–то невообразимое. Вот уже который год летом мы слышим визг бензопил в окрестностях. В государственных лесах все исполосовали грунтовые дороги для лесовозов, в частных владениях, которые подходят вплотную к нашим садоводческим поселкам, все вырублено подчистую, при этом пни не выкорчеваны, ветки и сучья брошены гнить. Страшная картина! Какая там черника–малина! Когда едем по шоссе на Бауску, видим сплошные проплешины по сторонам — сердце болит. А там, где лес оставлен, если присмотреться, заметно, что это только так, декоративная и почти прозрачная полоска вдоль шоссе, а за ней опять лесосеки. То, что происходит сегодня в Латвии с лесными угодьями, — это настоящее преступление перед народом и потомками. Наши дети и внуки будут жить в другой стране и уже не смогут ее называть «земля зеленая». "Надо любить Латвию такой, какая она есть, призвала 18 ноября Солвита Аболтиня. Будем любить Латвию и тогда, когда превратим ее в пустыню?

Автор: Наталья СЕВИДОВА
Источник: vesti.lv, 25.11.2013 01:35